print version

Риск есть

В числе важнейших препятствий развитию фондового рынка в России всегда назывались высокие риски, связанные с непрозрачностью российских предприятий, бесправием миноритарных акционеров, неадекватностью советов директоров, многочисленными случаями вывода активов и иными уголовно ненаказуемыми, следовательно, "относительно честными" способами изъятия собственности у акционеров. В последнее время все чаще звучит мнение, что российский бизнес стал прозрачнее, риски снизились, а руководство компаний более ответственно относится к своим обязанностям перед акционерами.

В определенной степени это действительно так, считает ряд наблюдателей. Так, один из показателей такого рода рисков - рейтинг качества корпоративного управления, подсчитываемый московским Институтом корпоративного права и управления (ИКПУ) - продемонстрировал, что за последние 12 месяцев из 23 компаний, на которые приходится около 90% капитализации российского фондового рынка, в 18 корпоративное управление улучшилось, в 4 ухудшилось и в 1 осталось неизменным.

По словам Татьяны Ивановой директора ИКПУ по развитию бизнеса, это объясняется, во-первых, повышением прозрачности компаний - информация раскрывается более полно и своевременно, в частности, в ежеквартальных отчетах. Улучшилось информационное наполнение Интернет-сайтов компаний, что в принципе является сугубо их доброй волей. Во-вторых, по данным Института, существенно улучшилось содержание учредительных и внутренних документов компаний, - если раньше их несоответствие законодательству было совершенно обычным делом, то теперь такое встречается значительно реже. Недавно, например, нередко сделки совершались за подписью гендиректора, полномочия которого были незаконно расширены и вполне могли быть оспорены в суде и признаны ничтожными, что, естественно, повышало риски для акционеров.

Стимулы к улучшению корпоративного управления и снижению рисков существуют в первую очередь у крупных компаний. Среди таких стимулов - стремление разместить АДР/ГДР для привлечения финансовых средств из-за рубежа, давление (иногда весьма изощренное) миноритарных акционеров на руководство и крупных акционеров, подрывающее имидж корпорации, наконец, желание повысить капитализацию перед привлечением крупных кредитов или поиском стратегического инвестора. Однако последний мотив действует и в отношении средних и даже мелких компаний: если им не хватает средств, и они ищут инвестиции, разумная организация корпоративного управления становится для них несомненным козырем. К тому же продажа части бизнеса в настоящее время, по мнению Ивановой, перестало быть таким табу, каким оно выглядело еще лет 5 назад.

Однако считать, что все проблемы уже решены или близки к решению, явно преждевременно. Достаточно привести такой пример, который ИКПУ считает весьма показательным: на собраниях акционеров в Иркутскэнерго" и "Самараэнерго" бюллетень по выборам в Совет директоров не содержал вариантов ответов "против" и "воздержался". Почти никаких стимулов к совершенствованию корпоративного управления и, следовательно, снижению рисков для инвесторов не имеют мелкие компании, число которых намного превышает крупные. А значит, инвесторы, наученные горьким опытом (если они, конечно, способны учиться на своих или чужих ошибках) будут требовать высокую премию за риск, что, естественно, повысит стоимость капитала.

Наконец, не последнюю роль играют риски, не связанные с конкретным эмитентом, а имеющие системныйц характер: такие как несовершенное законодательство и судебная система, плохая практика правоприменения, наконец, просто отсутствие традиций корпоративной культуры. Но это уже - длинный эволюционный процесс, требующий долгосрочных сдвигов в поведенческих моделях.

[рейтинг качества корпоративного управления]